Дом-музей ст. Попутной

Новости

Найти отца

Пропал без вести. Вот и все, что известно о тысячах солдат Второй мировой войны. А как описать словами чувства родных людей, которые знали друг о друге всего лишь по рассказам мамы да из писем-треугольников, которые во время войны зорко просматривала военная цензура?

Гром среди ясного неба

Майя Куликова из станицы Попутной совсем не помнит своего отца. Когда он ушел на фронт, девочке было всего лишь два года. Сегодня ей 76 лет. И лишь в 2014 году Майе Григорьевне стало известно, где похоронен ее отец в Германии. А помог ей в этом нелегком деле его величество случай и не равнодушный человек Олег Масенко, который искал могилу своего деда, жителя станицы Попутной, а также директор попутненского музея О.Н. Иванова.

Из рассказов мамы Антонины Куликовой Майя Григорьевна вспоминает:

- Как-то моему папе встретилась цыганка и сказала: «Счастливый ты человек, но счастье твое короткое. И жизнь тоже». На эти слова он лишь отмахнулся рукой.

А ведь кто бы мог подумать, что эти слова окажутся пророческими… Но жизнь шла своим чередом.

Ничего не предвещало беды. Семья Куликовых честно трудилась в попутненском сельмаге. Воспитывали двух очаровательных детишек: сына Толика и дочь Майю. Живи, да радуйся. Но тут война бесцеремонно вторглась в семью Куликовых, как и в миллионы других.

Григорий Нестерович добровольцем сразу же отправился на призывной пункт. Через некоторое время его призвали на фронт. Антонина провожала мужа с тяжелым сердцем, но старалась отгонять от себя дурные мысли. А маленький сынок Толик, прижавшись крепко к папе, тихо плакал. Отец сказал: «Не плачь, сынок, я завтра приду». И тогда никто не мог подумать, что это «завтра» будет бесконечным. Прощаясь, Гриша сказал Тоне: «Береги детей!»

Найти в себе силы

Потянулись тревожные долгие дни. А писем все не было. В 1942 году пришла весть …похоронка. В тот момент земля стала уходить из-под ног у Антонины. Женщина вновь и вновь перечитывала слова: «Ваш муж, сержант Куликов Григорий Нестерович, в бою за социалистическую Родину убит». Потом отбросила письмо, обхватила одежду мужа и горько заплакала. Женщина не знала, как ей жить дальше.

А тут еще и немцы вошли в станицу Попутную. Большую свободную комнату в хате Антонины Куликовой заняли под склад и выставили охрану. В то время она немало натерпелась от них мук и унижений. Продлилось это не долго. Вскоре наши освободили Отрадненский район. Тоня вместе с детьми осталась в своей полуразрушенной хате. Крыша протекала, топить нечем, а за водой ходили на Уруп через крутую гору.

Детей Антонина поднимала одна. В годы войны она трудилась в коммунхозе – жала камыши. Каждый пятый сноп себе. Взяв с собой дочку Майю, она рано утром шла делать кизеки, которыми в то время топили печи. А мысли ее были заняты одним лишь Гришей. Антонина надеялась, что похоронка - ошибка и ее Гриша жив, вернется. Но годы шли, а супруг так и не открыл калитку...

Он тебя узнает

Наступила весна 1945 года. Антонина латала крышу соломой. От прошедшей зимы кровля сильно прохудилась. Детишки играли во дворе и радовались теплому солнцу. Вдруг к шестилетней Майе прибежала подруга Галя Цапурова.

- Пойдем в центр, все с войны возвращаются! - кричала девочка.

- И мой папа? - спросила Майя.

- Да!

– А как он меня узнает,- спросила Майя.

- Он сам тебя найдет,- сказала Галя.

- Я стояла и ждала, - рассказывает Майя Григорьевна, еле сдерживая слезы. - Ехали грузовые машины с людьми, и я вглядывалась в каждого человека. Вдруг это мой родной … папа, папочка. Вокруг гремела музыка, пели песни… Так простояла я до вечера. Уже начало смеркаться. Я медленно побрела домой в надежде, что меня окликнет кто-то. На пороге хаты сильно прижалась к маме и зарыдала. Всхлипывая, постоянно повторяла: «Где же папа, мой папа?» Мама с полными глазами слез лишь нежно меня поцеловала и велела идти спать.

После этого девочке много раз снился один и тот же сон: отец вернулся с войны. Но вновь и вновь она просыпалась и сжимала мокрую от слез подушку.

И через года

Прошли годы. Надежда увидеть живым Григория Нестеровича совсем угасла. Тогда на семейном совете было принято решение найти могилу отца. Майя Григорьевна отыскала старую пожелтевшую похоронку, где указано, что Г.Н. Куликов похоронен у пристани Еникале Крымской АССР. Девушка сделала запрос в военкомат города Керчи. Спустя время пришел ответ: братская могила есть, а фамилии погибшего нет.

Мать Майи часто говорила, что хотела бы на могилку мужа съездить. И постоянно напоминала дочери, чтобы та отыскала, где похоронен ее отец. Так и не довелось Антонине Куликовой увидеть могилу мужа. В 1993 году она умерла. Майя Григорьевна не переставала искать место захоронения отца, но все тщетно. Но тут случай свел женщину с Олегом Масенко. Он разыскивал своего деда, некогда жителя станицы Попутной.

Невозможное возможно

- На поиски могилы моего деда ушло немало времени, - рассказывает Олег Масенко. - Найти информацию было непросто… Некоторые свидетели говорили, что подписали документ о неразглашении обстоятельств смерти. Я решил обратиться в службу розыска воинов, погибших в Германии. По крупицам собирал информацию и все-таки нашел. А могилу Григория Нестеровича Куликова нашел случайно. Пересматривая списки захороненных воинов в Германии, я наткнулся на знакомые населенные пункты, в числе которых была и станица Попутная. Выписал всю информацию об этих воинах, чтобы потом поделиться с их родственниками на малой родине. Спустя годы я опять отправился в Германию, чтобы увидеть место захоронения героев и сделать фотографии.

Потом с удивлением узнал, что после войны немецкие карточки военнопленных солдат попали в руки советских властей. Эти карточки очень часто раскрывали судьбу человека: где пленен, где содержался, работал, погиб и захоронен. Меня поразило, что до родственников погибших эта информация так и не дошла. Мне было не сложно найти информацию в немецких архивах и организациях. Довольно много людей до сих пор не отчаялись и продолжают поиски. В немецком городе Хемер, где похоронен сержант Г.Н. Куликов, по немецким источникам, военнопленных хоронили во рвах в четыре «этажа». Я как-то просто посчитал, сколько человек было похоронено в таких могилах, исходя из имеющихся карточек, и пришел к выводу, что таких «этажей» должно быть около восьми! Нумерация могил при этом была абсолютна формальна. Сегодня и границ этих рвов уже не установить. После войны силами советских гарнизонов производилось укрупнение кладбищ, многие захоронения переносились, часто имена воинов терялись. До сих пор у нет никаких сведений о том, какие захоронения переносились и куда. На все запросы немецкие власти неизменно отвечают, что занималась этим исключительно советская военная администрация. Как важно было бы, если не полностью, то насколько это возможно, сделать безымянные захоронения именными. Это наш долг перед теми, кто отдал за нас свои жизни.

Нашел покой

Григорию Нестеровичу, как ни горчит это на губах, повезло: его имя выбито на надгробной плите, хоть и соседствует с тысячами других. Кроме того, сохранились некоторые документы, сопровождавшие пленного солдата из одного лагеря в другой. Благодаря немецкой пунктуальности, от которой порой в дрожь бросает, настолько тщательно фиксировала администрация лагерей все, что происходило с «подопечными», Олег Масенко смог проследить судьбу не только своего деда, но и Григория Нестеровича Куликова.

Оказывается, в Керчи сержант Куликов не был убит, как написано в похоронке, а попал в плен к фашистам. После этого он был отправлен в немецкий концлагерь, где испытал на себе все ужасы и зверства фашистов. Словами не описать, что довелось ему пережить. В сильных муках и, наверное, с мыслью о любимой Тоне и детях, умер в одном из немецких концлагерей Григорий Нестерович Куликов в апреле 1943 году.

На выходе из немецкого кладбища в городе Хемер можно прочитать фразу: «Расставшись однажды, встречаются здесь». Какие философские слова… И живые здесь встречаются, и мертвые, – подытожил Олег Масенко. - Эта история может послужить отличным примером для всех современников, которые не пережили ужасов войны и послевоенной разрухи, не испытали невосполнимых утрат, на чью долю не выпала участь прожить всю жизнь безотцовщиной».

Многим девичьим мечтам Майи Куликовой не суждено было сбыться. А ведь все могло сложиться иначе у родителей, детей и внуков…

Елизавета Мельченко

Источник: газета Сельская жизнь